Александр Ефимов: «Мечтаю о собственном самолете»

Александр Ефимов: «Мечтаю о собственном самолете»
Выпускник Школы-студии МХАТ блестяще сыграл роль Вронского. Потом Александр успешно дебютировал в фильме режиссера Михаила Пташука «В августе 44-го».Сейчас 25-летний актер много снимается, на его счету уже больше пятнадцати киноролей. В его послужном списке участие в сериалах «Херувим», «Две судьбы», «Звезда эпохи» и других. Последняя его работа – в новом историческом сериале компании «Амедиа» «Адъютанты любви». Здесь у Ефимова роль императора Александра I.

— Александр, кому вы благодарны за свой дебют а картине «В августе 44-го?»

— В первую очередь Авангарду Леонтьеву и Олегу Павловичу Табакову, которые отпустили меня на съемки фильма, и Жене Миронову, замолвившему за меня словечко перед руководством Школы-студии МХАТ. А это сделать было непросто, потому что как раз в это время у нас на третьем курсе Школы-студии МХАТ, где я тогда учился, начались очень ответственные экзамены. Съемки проходили в Белоруссии на границе с Польшей.

— Как вживались в роль?

— Да у меня вообще не было возможности как-то вживаться в свою роль: я приехал буквально за два дня до начала съемок. Причем предстояло сниматься сразу в очень сложных эпизодах, поэтому все это время мы с режиссером разбирали каждую сцену.

— Для девятнадцатилетнего дебютанта роль у вас получилась очень даже неплохо. Интересно, а каким образом вы попали в российско-американский проект «Зеркальные войны: Отражение первое»?

— Помогло мое хорошее знание английского. Я думаю, у меня вообще способности к языкам. К примеру, могу общаться с итальянцами, хотя итальянский язык специально не учил. Но могу вас удивить: в школе у меня по английскому была… твердая двойка, хотя я единственный в классе говорил на нем практически безукоризненно. В институте у нас был параллельный американский курс, так что там я тоже старался практиковаться, общался с ребятами, с многими из них дружил.

— И в школе вы решили стать артистом?

— Мне кажется, что в детстве я ни чем не отличался от сверстников, у меня была мечта стать летчиком, может быть, даже космонавтом. Хотя я любил кино, у нас дома была неплохая коллекция фильмов, но о профессии актера и не мечтал: мне она казалась такой же несбыточной, как тот же полет в космос. Правда, когда оканчивал школу, принял твердое решение отправится в Москву и попробовать штурмовать театральное училище. Я подал заявления практически во все театральные вузы, и везде меня… приняли.

— И в Школу-студию МХАТ тоже?

— Вот здесь «слетел» со второго тура. Мне можно было бы не расстраиваться, ведь к этому моменту я уже был студентом Щукинского училища. Но я хотел учиться только в Школе-студии МХАТ. А так как характер у меня упрямый, спортивный, решил добиваться своего. Обратился к Авангарду Леонтьеву, который тогда набирал студентов к себе на курс, показал свой студенческий билет Щуки, чтобы он понял, что я не совсем уж такая бездарь, и попросил его еще раз меня послушать. Леонтьев не отказался, пригласил нас, нескольких абитуриентов, на прослушивание и оставил у себя на курсе, за что ему огромная моя благодарность.

— Что же вы читали на прослушивании?

— «Записки молодого врача» Михаила Булгакова. Я уверенно вошел в зал, где проходил экзамен, повернулся к экзаменационной комиссии спиной и стал закатывать рукава рубашки. Потом встал лицом, «протер руки спиртом» и, глядя в лицо кому-то из членов комиссии, громко сказал: «Раздевайтесь!..» Краем глаза заметил, как удивленно поползли вверх брови у Олега Павловича Табакова. Я понял: зацепило. И продолжил свой монолог…

— Учеба давалась легко?

— Нет, учиться было очень трудно. До третьего курса никак не мог понять, почему у меня ничего не получается. Получал «тройки» и «двойки», был в числе отстающих, и это меня очень напрягало. Тогда стал хитрить, дома репетировал этюды, делая домашние заготовки, словом, занимался день и ночь, У нас на курсе какое-то время преподавал Евгений Миронов, к сожалению он был слишком занят и у него с преподаванием ничего не получилось. И вот мне запомнились его слова: «Ребята надо ра-бо-та-ть!» Он рассказал нам, что его тоже хотели отчислить со второго курса, но его спасла огромная работоспособность. Но я не очень понимал, что надо делать, как работать. Что-то стало получаться только благодаря Авангарду Леонтьеву, который очень много с нами занимался, объяснял простые театральные принципы. Позже я понял, что он просто заставлял всех нас, своих учеников, постоянно брать завышенную профессиональную планку. По сути, он для нас, студентов, стал вторым отцом. Мы жили в общежитии. Понятно, денег хватало не всегда, и он заботился о нас, приносил в общежитие картошку, какую-то крупу, словом, подкармливал, чтобы не голодали. До сих пор мы с ним общаемся, поздравляем с праздниками, встречаемся.

— Вы же со своим учителем снялись вместе в «Адъютантах любви».

— Больше того, он сыграл роль моего отца, Павла Первого.

— Не мешало ощущение, что вы сдаете ему экзамен?

— Нам было очень легко работать, мы понимали друг друга, буквально с одного взгляда. На съемочной площадке не было учителя и ученика, были коллеги, которые относятся друг к другу с большим уважением.

— В этой картине вы – Его величество царь Александр I . Роль этого самодержца в российской истории переоценить невозможно. Трудно было входить в эту роль?

— Нелегко. Можно сказать, что пара первых съемочных дней, по сути дела, прошли вхолостую: у меня ничего не получалось. И тут мне очень помог режиссер сериала Михаил Дмитриевич Макеев, который доступно, грамотно все объяснил, и началось естественное погружение в роль. Работать с Макеевым просто, мы хорошо друг друга понимаем, потому что оба – выпускники Школы-студии МХАТ, разговариваем на одном языке.

— Как вы себя чувствуете в костюме и гриме императора?

— С самого начала мне не очень нравился парик, но относился к нему, как к необходимости: все время ждал, когда же, наконец, можно будет обходиться без него. А вот костюм очень помогает: поневоле держишь прямой спину, и вообще, костюм работает на роль. Хотя никак не могу привыкнуть к высокому воротнику, он мне мешает.

— Сколько уже снято серий?

— Пока восемьдесят с лишним, а всего должно быть около ста серий.

— Скажите, а вам бы не хотелось некоторое время побыть настоящим императором?

— Конечно, хотелось! Было бы очень интересно побывать в шкуре Александра I, узнать, что же это был за человек, правильно ли я трактую его образ.

— Вы играете императора больше как политика или как человека, который тоже способен и умеет любить?

— Мне хотелось найти некий синтез политика и простого человека, наделенного огромной властью. По-моему такое редкое сочетание присуще Владимиру Владимировичу Путину. Очень импонируют такие черты его характера, как сдержанность, целеустремленность. Кстати, когда в редкие свободные минуты включаю телевизор и вижу передачу, в которой говорится о нашем президенте, обязательно смотрю ее до конца.

— Съемки в сериале – каторжный труд.

— Действительно, работать не легко, сниматься приходится по пятнадцать-восемнадцать часов, к тому же необходимо заучивать огромное количество текста. Но я уже втянулся в этот график, так что особых трудностей не испытываю. Наоборот, часто ощущаю какой-то подъем.

— Когда же вы учите свой текст?

— Нам дают какое-то время на адаптацию, и за это время необходимо «ухватить» самую суть и суметь удержать. На мой взгляд, участие в сериале – очень хорошая школа для актера, ты здесь учишься работать по-настоящему.

— Вам удается самому смотреть сериал?

— К сожалению, видел только отдельные серии. Что-то мне понравилось, что-то – нет. К своей работе обычно отношусь с большой критикой, выискиваю недостатки, чтобы учесть на будущее.

— В картине «Зеркальные войны» осуществилась ваша детская мечта…

— В какой-то степени она действительно сбылась. Мне доверили практически главную роль. Не просто летчика – аса, который испытывает суперсовременные истребители, Алексея Кедрова. Он предотвращает террористический акт. Мне бы еще сыграть роль космонавта, тогда было бы просто здорово. К тому же мне посчастливилось сниматься с такими великолепными актерами, как Мак-Дауэлл и Рутгер Хауэр. Кроме того, что они настоящие профессионалы, с ними было просто очень приятно общаться. Не верилось, что я снимаюсь на одной площадке с кумиром своего детства – Мак-Дауэллом, у нас были даже общие сцены.

— Перед съемками вам ставили какие-нибудь условия??

— Режиссер Василий Чигинский предложил мне похудеть. А перед этим я снимался в «Двух судьбах», где у меня была другая задача: набрать около десяти килограммов. Вот и пришлось избавляться от лишнего веса.

— В «Двух судьбах» вы сыграли тридцатилетнего Михаила Юсупова. В 21 год сыграть умудренного жизненным опытом человека нелегко.

— Работа над этой ролью дала мне очень многое: ко многим вещам я стал подходить с философской позиции.

— Вам помогают ваши спортивные навыки?

— Конечно. Я же с детства занимался плаванием, причем настолько успешно, что меня даже брали в школу олимпийского резерва.

— В «Баязете» вы освоили и верховую езду?

— Это было необходимо по роли. Съемки проходили в Сирии, примерно в шестистах километрах от Дамаска. Мне досталась арабская кобылка, как оказалось, с очень своенравным характером: мол ты ко мне не подходи, и я тебя не трону. Но нам с ней в любом случае надо было найти общий язык. И я начал за ней «ухаживать»: угощал морковкой, капустой, другими лошадиными деликатесами, делал все, чтобы она ко мне привыкла. Наконец, стало ясно: лошадь меня признала. В седле я проводил много времени, мы с моей лошадкой, в конце концов, так подружились, что она не захотела со мной расставаться. Хозяева мне ее подарили, сказав, что она все равно теперь никого к себе не подпустит, но, к сожалению, я ее взять с собой по понятным причинам не мог.

— Я слышал, вы обожаете машины.

— Да, это тоже мое слабое место.

— На каком автомобиле сейчас ездите?

— На «Мерседесе».

— Вы на автосалоне познакомились со своей девушкой?

— Нет, это было на презентации автомобилей другой известной марки. Нас с друзьями туда тоже пригласили. Мы даже приняли участие в соревнованиях. Потом решили посмотреть какой-то новый класс автомобилей. Зашли в салон и увидели двух симпатичных девушек, одна из которых и была Марина. Мне она сразу очень понравилась… Мы уже около года вместе. Помимо того, что она красивая, эффектная, Марина очень хороший человек – это главное, что меня в ней привлекает.

— Марина из мира искусства?

— Нет, она учится в Плехановском, готовится стать экономистом. Больше того, когда мы с ней познакомились, она меня не узнала, уже потом я представился ей, пригласил на спектакль в «Табакерку» со своим участием.

— Вы себя считаете человеком женатым или свободным?

— У нас с Мариной близкие отношения, поэтому я не могу назвать себя свободным человеком.

— Александр, вы сейчас много снимаетесь, но не даром же закончили именно театральный институт. Не тянет на сцену?

— Я по контракту играю в «Табакерке» в спектакле «Идеальный муж».

— Несколько лет назад вы прекрасно выступили в роли Вронского в «Анне Карениной» в театре на Малой Бронной. Не жалеете, что спектакль был очень быстро снят с репертуара?

— Конечно, мне очень жаль. Этот спектакль стал своеобразной вехой в моем формировании, как артиста. Я попал в прекрасный коллектив, у нас была очень хорошая творческая атмосфера, Но, к сожалению, в жизни есть моменты, на которые никак нельзя повлиять.

— Поделитесь своей мечтой.

— У меня их несколько. Все я не назову, они у меня, как говорится, под рубашкой. А вот одной своей мечтой поделюсь: очень хочу иметь собственный самолет. Такое желание меня преследует с детства.

Автор: Леонид Гуревич